ВАШИ СТАТЬИ · 401
Вы присылаете, мы - публикуем!





 /  01 июня 2007 года  /  Литература  /  Кравцова Катрин

Рецензия на статью Хосе Ортега–и–Гассета "Адам в раю"

Статья "Адам в раю" написана в мае–августе 1910 году и включена автором в состав сборника "Люди, творения, вещи" (1916). В этой работе впервые очерчен контур философии Ортеги. Идея Адама в раю, то есть первого человека, вброшенного в мир, является метафорическим образом концепции "радикальной реальности", развернутой в "Размышлениях о "Дон Кихоте". В данном контексте у метафоры были преимущества перед концепцией, поскольку здесь мир представал не как "вещь", а как "сценарий" жизни, которую, согласно Ортеге, необходимо рассматривать как трагедию или драму. (Из комментария к статье "Адам в раю" Хосе Ортега–и–Гассет)


 "Задавшись смутной целью отыскать идеальную формулу живописи, я написал первую статью под названием "Адам в раю""…

Хосе Ортега–и–Гассет преподносит читателю свою идею первого человека, вброшенного в мир, слегка туманно и с чувством собственного недопонимания заданной темы. Она для автора то самое "темное пятно на горизонте". Но что это?

На протяжении всей статьи не покидает сознание того, что перед нами стоит огромная неразрешимая столетиями проблема. Проблема не только творчества, искусства, живописи, поэзии и науки, но проблема жизни. Хотя на вопрос, что есть проблема жизни, философ дает вразумительный, но в то же время ошеломляющий ответ: "это и есть – человек". Через смутные объяснения роли этики, эстетики, науки в нашей жизни, Ортега предлагает свою концепцию бытия. Здесь видны первые зачатки его философии. Мир представлен не как "вещь", а как "сценарий жизни", причем сам автор предлагает два пути: трагедия или драма. Интересно, что проблему существования разделяет наука. И невозможно не остановиться на том, как мыслитель разъясняет отличие наук гуманитарных от естественных на примере состояния душевной печали. Мы привыкли, что все делится на две полярности: белое – черное, добро – зло, свет – тьма, север – юг, минор – мажор. Поэтому образец автора можно смело соотнести с любым другим явлением.

Говоря о трагедии, Гассет переходит к теме искусства. Виртуальный мир порождает путаницу, связанную с возникновением таких явлений как "реализм" и "идеализм". Философ полностью переворачивает устоявшееся знание о предмете этих понятий. И в довершении всего заявляет, что "идеализм правильнее было бы назвать реализмом". Столь резкий шаг в сторону искусства в целом приближает автора к сравнению живописи с романом. И если живопись для Ортеги "категория световая", то роман – "диалогическая". Диалог в романе – живящая сила. Без разговора двух или более лиц в произведении мы не уловим сути, непосредственно той задачи, которую ставит автор перед читателем. Нам важны мысли, слова и переживания главных действующих  персонажей. Испанский философ не зря подчеркивает роль Сервантеса в открытии человечеству нового жанра. "Дон–Кихот" – есть тот диалог, через который раскрывается вся сущность и понятие того времени.

И в романе, и в живописи главное передать окружающим чувство Жизни. Важнейшая задача изобразителя – дать предмету фантазии возможность вечно жить.

Но мысль автора о том, что "основная, изначальная, древнейшая тема искусства живописи – та же, о которой говорится в начале Книги Бытия" совсем не выглядит странной. Наоборот, Адам в Раю был и остается главным героем в искусстве. Будь то живопись, поэзия или роман. Это своего рода толчок к дальнейшему объяснению той самой проблемы жизни. Адам в Раю – первый и последний. Все и никто. Тот, кто указал и продолжает указывать. Спустя тысячи лет этот первостепенный человек ведет нас через лабиринты Жизни. Творцы всегда будут возвращаться к теме "самое жизнь", дабы улучшить восприятие своих произведений. И изображение того самого Рая для каждого из них будет своим. Ортега подчеркивает, что, не взирая на людские домыслы о местонахождении парадиза и кто есть Адам, жизнь идет своим чередом. И нам дана лишь минутная передышка, чтобы затем "снова вступить в бой". А поприще для боя нам предоставляет как раз–таки искусство.

"Любой пейзаж – подходящие подмостки для необъятной трагедии бытия". Возможно, здесь чувствуется излишняя поспешность автора сделать выводы в решении проблемы, но, что если каждому попытаться переосмыслить тему бытия и стать как тот самый Адам – первым и последним?

 · 13 · 2 · 9
 Кравцова Катрин 4
Есть что сказать?   Выразите своё мнение к статье!
Написать мнение к статье.