ВАШИ СТАТЬИ · 402
Вы присылаете, мы - публикуем!





 /  16 марта 2009 года  /  Живопись  /  Яна Полянская

Призрак «Черного квадрата»

Несмотря на широкую известность, Казимир Малевич остается пока одним из самых загадочных художников. И виной тому творчество, искусство, которое он сам создал. До сего дня непостижимым остается его главное творение — «Черный квадрат», которое ужаснуло одних и восхитило других. Картина продемонстрировала волю художника довести искания авангарда до нуля и начать разработку основ нового искусства «за его пределами». К. Малевич говорил: «Я счастлив, что лицо моего квадрата не может слиться ни с одним мастером, ни временем. Я не слушал отцов, и я не похож на них. И я — ступень» (Малевич К.С. Собрание сочинений: В 5-и т. М.: Гилея, 1995–2004).


Казалось бы, что может быть проще: на белом фоне черный квадрат. Любой человек, наверное, может нарисовать подобное, как в свое время упорно втолковывали Малевичу критики, зрители и некоторые его коллеги. Мол, супрематизм (разработанное и воплощенное в жизнь К. Малевичем направление в искусстве, пример — «Черный квадрат») вообще не имеет права претендовать на звание искусства. Сам этот термин, придуманный Малевичем, восходит к латинскому корню «супрем», породившему слово «супрематия», что в переводе на русский означает «превосходство», «главенство», «доминирование». Малевич стремился зафиксировать главенство цвета над всеми остальными компонентами живописи.

Так почему же «Чёрный квадрат», созданный в первой трети XX века, до сих пор притягивает к себе исследователей и любителей живописи?

Рассказывают, что Малевич, написав эту картину, долгое время говорил всем, что не может ни есть, ни спать — не понимает, что такое сделал. И действительно, это, видимо, результат какой-то сложной работы. Когда внимательно смотришь на черный квадрат, то под трещинами видишь нижние красочные слои — розовый, зелёный. Возможно, существовала некая цветовая композиция, признанная в определенный момент несостоявшейся и закрашенная черным. Впоследствии художник связал свой квадрат с космическим сознанием, раскрывая новые возможности взаимосвязей геометрических фигур с пространством.

А что же Казимир Малевич представлял собой как человек? К сожалению, тут так же нельзя однозначно ответить, поскольку чуть ли не вся жизнь его была полна туманных обстоятельств.

Родился будущий художник 11-го февраля 1878-го года. Его родители были выходцами из шляхты, потомками сосланных когда-то в Сибирь повстанцев. Частые переезды семьи оставили в памяти Малевича незабываемые впечатления о сельской жизни, что в скором времени отразилось в его творчестве. А первая встреча с настоящей живописью произошла в Киеве, куда отец взял сына на ежегодную ярмарку. В витрине магазина мальчик увидел картину с изображением девушки, сидящей на лавке и чистящей картошку, — и это оставило неизгладимое впечатление. Однажды, будучи в том же Киеве, мать Малевича (которая писала стихи, увлекалась вышивкой и вязаньем, одновременно прививая сыну любовь к искусству и культуре) сделала мальчику дорогостоящий подарок — ящик с полным набором красок. Именно с тех пор Малевич не расставался с кистью.

Пройдут годы, художник-авангардист приобретет много последователей. Его будут приветствовать как представителя нового народного искусства, ожидать, что он принесет долгожданное открытие познания мира через образ. В то же время, вспоминая детство, когда он уже писал довольно бегло, художник скажет, что не рисовал даже тогда, когда это делали все. «Мне больше нравилось лазать по деревьям...» И, подытожив этап своего формирования, с принципиальной прямотой резюмирует: «Мировая культура никакого следа во мне не оставила»1.

Великого авангардиста трудно было назвать гуманистом. Например, он возвещал: «Моя философия — периодическое уничтожение сел и городов как устаревших форм, изгнание природы, любви и искренности из пределов искусства». И это совсем не поэтическая метафора, так как Малевичу было присуще мышление крайне конкретными образами. К тому же он был человеком необразованным (три раза поступал в училище живописи — и все три раза неудачно), с очень неустойчивой нервной психикой. Художник не терпел возражений, считая, что он поистине велик, а его философия искусства — новое пространство мира; обращался порой грубо и жестоко со своими учениками. Непонятны, ко всему этому, его отношения с Марком Шагалом, поскольку сначала по его приглашению Малевич приезжает в Витебск, но в тоже время почти сразу же оттуда уезжает Шагал. Малевич не всегда купался в лучах славы. Витебская газета «Искусство» с негодованием писала: «Товарищем Малевичем сделано то же, что и многими футуристами, но, решив пойти дальше, он оказался в тупике». Это реакция на главное творение Малевича «Черный квадрат».

В то время художник на каждом прохожем видел по квадрату — на разных частях тела, даже придумывал всевозможные фразы типа: «Покажи мне свой квадрат, и я скажу, кто ты». Через некоторое время он уже замечал не менее тридцати квадратов на собственном теле. В итоге, побежденный самим собой, Казимир Малевич строит всю свою жизнь по принципу квадрата, точнее — движения по сторонам квадрата. Неудивительно, что он пишет: «Преображая мир, я иду к своему преображению, и, может быть, в последний день моего переустройства я перейду в новую форму, оставив свой нынешний образ в угасающем зеленом животном мире... Я стремлюсь к централизации, чтобы мог управлять миром, всеми его деталями и преображаюсь». Он называл себя Председателем Пространства.

Бесспорно, в наибольшей мере неординарный художник обрёл себя в белорусском Витебске, где организовал круг своих приверженцев под названием «Уновис» («Утвердители нового искусства»), состоящий из учеников и преподавателей местного художественного училища. Витебск стал одним из самых плодотворных периодов его жизни: окончательно формируется супрематизм, который вскоре безжалостно оставлен своим же изобретателем. Родилась новая концепция творчества, начались активные поиски нового ростка в человеке и его деятельности. Малевич часто бродил в одиночестве по улицам белорусского города в поисках витебского Бога, но так и не находил. Но всё же верил в Него, хоть тяжело и смутно. Он думал, что возможна та фабрика жизни, которую создаст Бог на земном шаре, стоит только ему помочь.

В Витебске он преподавал, одновременно реализуя в искусстве свой принцип коммунного, безличного (то есть, работы без подписей) механического творения, провозглашая форму сделанного. В определенные дни Малевич с учениками совершал обходы, он задавал вопросы и требовал на них ответы, занося все в «личное дело», наподобие истории болезни. Такой метод обучения Малевич называл научным. Мастерские именовались лабораториями, ученики — ассистентами. Испытательный срок назывался «инкубационным периодом», Малевич ввел в обиход такие термины, как диагноз, элемент, рецепт. Себя он называл доктором.

Молодые художники учились по выработанной Малевичем системе:

1 класс. Поль Сезан и его живописная манера. Изучались краски. Этот класс Малевич
называл вводным.
2 класс. Пабло Пикассо и кубизм. Учение раскладывать предметы на составные части,
которые должны складываться в самые причудливые формы.
3 класс. Футуризм, или вещь в движении. Умение запечатлеть вещи в движении.
4 класс. Супрематизм. Изобретение самого Малевича. Вещи в таком быстром движении, что видны только геометрические формы.

Малевич тут обрёл уверенность учителя, вождя, пророка. Обрел учеников. Но учитель, по их воспоминаниям, был и диктатором. Шаг в сторону от проповедуемого им учения трактовался как побег, как измена.

В Витебске на почве недоедания у Малевича развивается туберкулез. Его семья была вынуждена продать собственные вещи. И как следствие — снова переезд. Переезд, цена которому — отречение от своих взглядов, долгий период молчания. Официальные власти СССР относились с большим подозрением к его творчеству, и постепенно картины Малевича исчезали из музеев, выставок... Безработный... Он всё время стремился в творчестве вернуться к разным деталям супрематизма, пытался дойти в этом поле до предела, который, возможно, настал вместе с портретом женщины, как ... самого себя. Женщины сильной, но уже не квадратной...

Так что основная, если не вся, деятельность Малевича укладывается менее чем в десятилетие, несколько лет из которого (по-существу, решающие) приходятся на Витебск. А если учесть, что в это время происходили такие события, как первая мировая война, революция и гражданская война, то художник предстаёт как герой-одиночка, раздавленный системой (что совсем не далеко от правды), как жертва безжалостной государственной машины. И наступивший со временем отказ от творчества представляется не вынужденным поступком, а осознанным диктаторским жестом уверенного в своем величии гения, полагавшего, что на нем искусство живописи закончило свое существование...

Остались у Казимира Малевича только поездки за рубеж... А там, сначала в Варшаве, а потом и в Берлине его ждал воодушевляющий приём, хотя польские, и особенно германские власти, мягко говоря, отнеслись к художнику с большим подозрением. В варшавском отеле была развернута экспозиция из супрематических полотен, здесь же Малевич прочел одну из своих лекций. А в Берлине ему был предоставлен зал на ежегодной Берлинской художественной выставке. Немцы очень высоко оценили работы Малевича, который сообщал в одном из писем на родину: «Я думаю, что еще ни одному художнику не было оказано такого гостеприимства. С мнением моим считаются как с аксиомой».

Казимир Малевич предполагал еще некоторое время пробыть в Германии, а затем с работами выехать в Париж. Но после получения некоего официального письма с неизвестным нам содержанием ему пришлось срочно вернуться в СССР. Все работы оставил на попечении немецких друзей. Когда же он прибыл в Советский Союз, был арестован и провел несколько недель в заключении. Картины остались на Западе. И большой удачей можно считать, что наследию Малевича удалось уцелеть при гитлеровском режиме, поскольку авангардное искусство нацисты безжалостно уничтожали.

Сейчас картины великого художника находятся во многих музеях мира, поражая зрителей оригинальностью задуманного, техникой мастерства и множеством неразгаданных, почти мистических философских идей творца. Призрак «Черного квадрата», кажется, воскрешает самого автора, чтобы снова и снова напоминать миру об неоткрытых пространствах и измерениях, о постижении всего через абсолютную пустоту, цвет и форму.

Даже похороны Малевича прошли под знаком супрематизма: на открытой платформе грузовика с черным квадратом на капоте был установлен супрематический саркофаг. Над захоронением был установлен памятник — куб с черным квадратом.

Источники:

  1. Малевич К.С. Собрание сочинений: В 5-и т. М.: Гилея, 1995–2004

Рекомендуемая литература

  1. Тупицын В. Возбуждение и мысль: тексты Малевича // Искусствознание. 2002. № 1.
  2. Нере Ж. Казимир Малевич 1878–1935 и супрематизм. — М.: Арт-Родник , 2003 г.
  3. Шатских А.С Казимир Малевич. — М.: Слово, 1996
  4. Егоров И. Казимир Малевич. — М., 1990
  5. Короткина Л. К. Малевич, П. Филонов и современность. — СПб., 1991

Ссылки на интернет-источники фотоматериалов:

  • lichnosti.net
  • art-edu-studio.ru
  • mdf.ru
  • if-art.com
 Яна Полянская 2
Есть что сказать?   Выразите своё мнение к статье!
Написать мнение к статье.
 # 1047  ·  24-04-2013 в 17:14 МСК  ·  ip адрес записан  ·  наверх ↑  ·  написать мнение

Мне очень понравилось. У него было необычные представление и мысль об настоящем искусстве.{#}


Cообщение # 912, написанное 11-04-2013 в 20:00 МСК, удалено.

Читайте также:

  • Свобода Василия Кандинского
    Когда разговор заходит об искусстве ХХ века, имена Марка Шагала и Казимира Малевича редко упоминаются без третьего — Василия Кандинского. Их картины стали символами нового мировосприятия, которое несколько позже Жан-Поль Сартр назовет философией экзистенционализма.
  • The United colors of Биеннале
    Третий год Москва становится центром притяжения современного искусства. 25 сентября в арт-центре "Гараж" состоялось открытие основной экспозиции под названием "Против исключения" в рамках Третьей Московской биеннале современного искусства (сроки проведения - c 25 сентября 2009 года по 25 октября 2009 года).